|
Дело
Фельдмана: СЛЕДСТВИЕ
Вступление
В предыдущих статьях (1,
2) о деле
Фельдмана и банка Славянский мы рассмотрели
вынесенный приговор и
судебный процесс.
К сожалению, наши выводы о том, что кризис судебной системы неминуемо
вызовет насильственные действия и даже терракты, подтвердил произошедший на
прошлой неделе взрыв в одном из судов г. Киева.
Не менее поучительно проследить также возникновение самого уголовного дела
банка «Славянский» и его «расследование»
Напоминаем, что вслед за читателями «Свободы» эти вопросы будет
рассматривать Верховный Суд Украины, который 17 февраля 2004 г. в 10:00
начнет рассмотрение по сути кассационных жалоб Бориса Фельдмана и его
защитников.
Возбуждение уголовного дела.
В статье о вынесенном Фельдману приговоре, мы подробно разобрали фабулы
обвинений, в которых он признан виновным: два эпизода – «уклонение от уплаты
налогов» и «хищение».
Однако само уголовное дело возбуждено по совсем другому «эпизоду». Хотя по
нему никому никогда не предъявлялось обвинений, и никто за этот «эпизод» не
был осужден, в деле он имеет основополагающее значение, так как именно с
него дело и началось.
А начиналось оно так:
В 1998 г. налоговая инспекция провела проверку банка «Славянский» По
результатам проверки налоговики вынесли решение, что в 1996-97 гг. банк
путем безосновательного отнесения на себестоимость банковской деятельности
(т.е. на валовые расходы) затрат в виде уплаты за пользование гарантиями
нерезидента Украины (иностранного банка) и затрат по перечислению денежных
средств в виде исполнения договоров комиссии, уклонился от уплаты налога на
прибыль.
Поскольку претензии налоговой к банку по этому поводу были явно
безосновательными и незаконными, сие решение банк обжаловал в арбитражный
суд.
Арбитражный суд решение налоговой отменил, и признал что банк осуществлял
указанные операции правомерно, и соответствующие затраты на валовые расходы
отнесены абсолютно законно, причем по этому поводу банк прошел все судебные
инстанции и во всех выиграл.
Налоговикам же почему-то очень хотелось по этому поводу возбудить уголовное
дело.
Материалы указанной проверки руководством были переданы следователю
запорожской налоговой милиции Миронюку, с указанием рассмотреть вопрос о
возбуждении уголовного дела.
06 мая 1999 г. следователь Миронюк выносит постановление об отказе в
возбуждении уголовного дела, в котором указывает, что поскольку вступившим в
силу решением суда, отнесение этих затрат на валовые расходы признано
правомерным, то и возбудить по этому поводу уголовное дело никак нельзя. И
материалы с „отказным” постановлением были оправлены туда куда им и
положено, т.е. в прокуратуру – пылиться в архиве.
Но все же налоговое руководство на этом не успокоилось, и с настойчивостью,
достойной лучшего применения, хотело возбудить уголовное дело именно по
факту этих признанных судом законными действий.
Такое хотение и настойчивость были не случайны. В то время налоговую уже
существенно беспокоил факт, что большинство исковых заявлений
предпринимателей против налоговой в арбитражный судах налоговая проигрывала.
В общем, не давали судьи налоговикам развернуться в полную мощь.
Но вместо того, чтобы последовать совету Жванецкого и работать „тщательнее”,
налоговики решили доказать, что суды им не указ. И никое решение суда не
помешает им упрятать интересующего их человека за решетку.
Но для этого нужно было дать судебной власти „генеральное сражение” в
громком и резонансном деле. И такое дело решили создать.
И вот, 01 февраля 2000 г., прокурор отдела запорожской прокуратуры Кудрина,
выудив из архивных завалов „отказной материал” с постановлением Миронюка,
вынесла постановление отменить, вынесенное Миронюком решение.
Конечно, отрыто поспорить с тезисом о невозможности возбуждать уголовное
дело по поводу признанных судом законными действий, тогда еще Кудрина не
могла. Поэтому мотивом отмены она указала „неполноту проверки” проведенной
Миронюком (хотя куда уж полнее, если есть судебное решение).
Материалы с отмененным постановлением об отказе в возбуждении уголовного
дела снова были направлены налоговикам, якобы для „организации
дополнительной проверки”
Кстати, действия Кудриной, были неправомерны не только в силу очевидной
законности отмененного ней постановления, но и в силу того, что закон в этом
случае требует следующее: если прокурор отменяет постановление об отказе в
возбуждении уголовного дела, то он обязан одновременно возбудить дело, и
материалы соответственно уже направляются не для организации дополнительной
проверки, а для проведения досудебного следствия. Логика закона очевидна:
если отменяешь постановление об отказе в возбуждении уголовного дела, возьми
на себя ответственность возбудить дело, иначе играться в „дополнительные
проверки” оставляя в вопрос в подвешенном состоянии можно до бесконечности.
Хотя, естественно, никакой дополнительной проверки налоговая организовывать
не стала.
Уже 02 февраля 2000 г. тогдашний начальник Следственного управления
налоговой милиции ГНАУ генерал Пискун подписывает документ, в котором
указывает, что данные материалы „содержат достаточные данные, которые
указывают на наличие признаков преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 148-2
УК” (т.е. уклонение от уплаты налогов в особо крупном размере)
И, в тот же день следователь из управления Пискуна – капитан Васильков
возбуждает уголовное дело по якобы факту „умышленного уклонения от уплаты
налогов должностными лицами КАБ „Славянский” путем безосновательного
отнесения на себестоимость банковской деятельности затрат в виде уплаты за
пользование гарантиями нерезидента Украины и затрат по перечислению денежных
средств в виде исполнения договоров комиссии, то есть именно по тому факту,
в котором арбитражным судом установлено отсутствие каких-либо нарушений
налогового законодательства. Уголовному делу был присвоен № 1480001, и все
дальнейшее, в том числе и выдвижение новых обвинений, происходило именно в
рамках этого уголовного дела.
Причем течению процесса никак не мешало, то, что Решение Высшего
арбитражного суда по этому факту являлось окончательным, и действует до
настоящего времени.
Одним из наиболее показательных публичных выступлений налоговиков по этому
делу, было интервью генерала Спиридонова, в котором он на замечание
журналиста, что „ведь действия банкиров „Славянского” вроде бы не являются
противозаконными”, ответил: „не являются, если не возбуждать уголовное дело”
Заметьте, это принципиальная позиция, выраженная и в словах и в делах
налоговой милиции: „уголовное дело можно возбуждать по любому поводу: не
зависимо от того законными или незаконными сами по себе являются действия,
по поводу, которых возбуждено уголовное дело - после возбуждения дела они
будут все равно считатся незаконными” и ни решения судов, ни требования
закона никакого значения тут для налоговиков не имеют.
Хотя для нормального юриста и нормального суда, конечно, должно быть
очевидно, что все действия следствия и прокуратуры в рамках незаконно
возбужденного уголовного дела, являются незаконными. Даже если в рамках
незаконно возбужденного дела, расследовать действительно имевшее место
преступление, то обвиняемого все равно придется оправдывать, ибо все
доказательства должны быть признаны недопустимыми, т.к. полученными
незаконным путем. Ну, а какие „преступления” расследовались в рамках этого
дела, мы видели из анализа приговора.
Тем не менее, в действиях следствия, есть некоторые, на которые хотелось бы
обратить особое внимание.
Нарушение права на защиту.
Никак нельзя обойти вниманием факт, запрещения Фельдману общаться с
защитниками, снова-таки традиционно вопреки специальному решению суда.
Так, 24 августа 2001 г. (между прочим, день Независимости Украины) защитники
прибыли в Изолятор временного содержания, где в то время содержался
Фельдман, имея на руках письменное разрешение Апелляционного суда г. Киева
на свидание с подзащитным именно на этот день. Но свидания с Фельдманом им
не дали, письменное разрешение суда было возвращено адвокатам, с начертанной
на обратной его стороне записью (дословная цитата):
„Адвокаты не имеют права на свидание с Фельдманом Б.М. согласно п. 2-34
Положения „О службе милиции по охране и конвоированию задержанных и взятых
под стражу лиц, утвержденного приказом МВД Украины от 14.08.95 р. №548 ДСП
Начальник Изолятора временного содержания
Главного управления МВД в г. Киеве /подпись/”
Для непосвященных: аббревиатура ДСП означает „для служебного пользования”,
иными словами приказ секретный. И для адвокатов так и осталось загадкой, шла
ли речь в указанных пунктах положения именно о Фельдмане, или вообще о
правах адвокатов.
Так, следователь Орел не допустил к участию в деле защитника Коваленко Н.А.
Речь шла о том, что когда Фельдману удалось ознакомиться с некоторыми
материалами дела, обнаружилось, что в деле имеется большое количество
документов на английском языке, перевод которых в деле отсутствует. Было
решено пригласить в качестве защитника госпожу Коваленко, которая являются
не только юристом-международником, но и дипломированным переводчиком.
Следователю был представлен договор между ней Фельдманом о предоставлении
правовой помощи, который по закону являлся основанием для допуска защитника.
Защитника следователь не допустил, а договор вернул, написав в
сопроводительном письме, что этот договор „не имеет отношения к делу” (!)
Еще одно грубейшее нарушение права Фельдмана на защиту проявилось и в том,
что после окончания следствия ему не были предоставлены, как того требует
закон, для ознакомления материалы дела в полном объеме. Это противозаконные
действия следствия были впоследствии поддержаны и продолжены судом. Суды и
первой и апелляционной инстанции, не только отказали Фельдману в
ознакомлении с материалами дела, но даже отказались исследовать и оглашать
все материалы дела в судебных заседаниях. С материалами дела в полном объеме
Фельдман получил знакомиться только после вступления приговора в силу!
Что касается права на защиту, то, резюмируя, также следует отметить, что
никакие следственные действия не являются законными, если при их
производстве нарушалось право на защиту. УПК указывает нарушение права на
защиту как безусловное основание для отмены обвинительного приговора, если
таковой был вынесен.
Незаконное содержание под стражей.
В свое время, внимание прессы было привлечено именно к исполнению или вернее
неисполнению судебных решений об освобождении Фельдмана из-под стражи.
Истории, принимали почти детективный оборот. Чего стоит только заявление
начальника Киевского Следственного изолятора №13 Ивана Скоробогача, что 22
августа 2001 г. Фельдман, подписавший справку об освобождении из СИЗО,
похищен с территории СИЗО «неизвестными лицами» (впрочем, как и
предполагалось, вскоре оказалось что «неизвестные лица» - это сотрудники
налоговой милиции)
Как мы уже указывали в предыдущих статьях, Фельдман, был задержан и
арестован по подозрению (обвинению) в деяниях, которые сами по себе были
непротивоправны – невключение предприятием «Ибрис» заемных средств в валовые
доходы.
Кстати, предприятие «Ибрис» также обжаловало в арбитражный суд выводы той
налоговой проверки. Но, в отличие от вышеизложенного эпизода с банком
«Славянский», здесь уголовное дело появилось до того, как арбитражный суд
начал рассмотрение дела. И на этом примере видно как налоговики продвигались
в реализации своей идеи подчинения себе судебной власти. Дело по иску
«Ибриса» к налоговой было судом приостановлено … до завершения уголовного
дела, и не рассмотрено до сих пор. Суд снимает с себя возложенные на него
Конституцией полномочия по определению законности или незаконности тех или
иных действий, когда на арену выходят парни, которые возбуждают уголовное
дело. Идеи Спиридонова живут и побеждают!
А пока суд самоустраняется своих прямых обязанностей, по уголовному делу уже
проводят аресты.
Ведь Пискуну это решение суда было ни к чему, как уже указывалось в
предыдущих статьях, во время ареста Фельдмана руководивший следствием Пискун
и так знал, что деяния, в совершении которых «подозревался» Фельдман –
правомерны.
Вообще подход к основаниям содержания гражданина под стражей у этих господ
весьма своеобразен. Например, в публичных интервью Пискун рассказывал
следующее (цитаты):
Из интервью газете «День»:
«Я лично встречался с Фельдманом, и это было нормальное следственное
действие, предусмотренное законом. Я предлагал Фельдману дать признательные
показания, а закон предусматривает, что в этом случае суд учитывает помощь,
оказанную обвиняемым следствию. Речь шла об изменении примененной к
Фельдману меры пресечения. Если бы он согласился на мое предложение, то его
адвокаты имели бы возможность поставить вопрос об их послаблении»
Из интервью газете «Галицкие Контракты»:
«ГК»: В свое время Вы предлагали отменить арест Фельдмана. Что вы требовали
от него взамен?
Пискун: Это было нормальным следственным действием: я предлагал Фельдману
признать свою вину”
Иными словами Пискун открыто говорит, что Фельдмана держали под стражей
только потому, что он отказывался признать себя виновным.
А по закону, лицо, проводящее досудебное следствие не имеет права принуждать
обвиняемого давать показания, тем более принуждать признавать свою вину, тем
освобождение обвиняемого из-под стражи ставиться в зависимость от дачи
показаний или признания вины.
И то, что Пискун именует „нормальным следственным” действием, на самом деле
является преступлением против правосудия предусмотренным ст. 373 УК –
„принуждение давать показание при допросе путем незаконных действий со
стороны лица, проводящего досудебное следствие” и ст. 371 УК – „заведомо
незаконное содержание под стражей”
Хотя, конечно, при назначении наказания Пискуну надо будет учесть его
публичную явку с повинной ...
Говоря о содержании Фельдмана под стражей, сталкиваемся в той же темой –
стремлением налоговиков и прокуратуры поставить себя над законом, подчинить
себе суд, или, по крайней мере, признать за собой фактическое право
игнорирования или даже отмены судебных решений.
Апофеозом в этой истории стало издание 27 сентября 2001 г. письменного
предписания заместителя Генерального прокурора Украины в адрес
Государственного департамента по вопросам исполения наказаний (в ведении
которого находится СИЗО) с требованием не исполнять решение суда о
немедленном освобождении Фельдмана из-под стражи. СИЗО в этой ситуации
выполнило прокурорское предписание, а не решение суда – Фельдман так и
продолжал содержаться под стражей несмотря на подлежащее немедленному
исполнению рашение суда о его освобождении.
В настоящее время решениями судов, в том числе Верховного, установлен
бесспорный факт – Фельдман во время досудебного следствия незаконно
содержался под стражей. Его «задержание» непосредственно после вынесения
судом решения об освобождении также признано незаконным.
Однако, в рамках уголовного дела до сих пор не дана соответствующая оценка
действиям тех, кто во время следствия незаконно удерживал обвиняемого под
стражей, не сделан очевидный вывод о явной незаконности такого досудебного
следствия. И это также предстоит сделать Верховному суду. И здесь также речь
идет не только о правах отдельного гражданина, но о значении судебной власти
и судебных решений для налоговиков и прокуратуры.
Заключение
Указанная принципиальная линия налоговиков, поддержанная и некоторыми
представителями, прокуратуры, и которую они пытаются претворить в жизнь с
помощью „дела Фельдмана” является ничем иным как попыткой свержения
конституционного строя.
А именно попыткой фактической отмены базисных положений закрепленных
Конституции:
1. „В Украине признается и действует принцип верховенства права” (ст. 8
Конституции”) 2. „Государственная власть в Украине осуществляется на основе
разделения ее на законодательную, исполнительную и судебную” (ст. 6
Конституции)
„Судебные решения постановляются судами именем Украины и являются
обязательными для исполнения на всей территории Украины” (ст. 124
Конституции)
3. Органы государственной власти ..., их должностные лица обязаны
действовать исключительно на основании, в рамках полномочий и способом
предусмотренными Конституцией и законами Украины” (ст. 19 Конституции)
Так, что в уголовном деле №1480001 речь идет не только о судьбе гражданина
Фельдмана, речь идет о дальнейшем существовании в Украине основных
конституционных принципов.
В деле Фельдмана поставлен эксперимент, от результатов которого будет
зависеть место Суда и Права в Украине.
Этот эксперимент заставляет вспомнить один из мифов о Гитлере. Чтобы узнать,
готова ли Германия принять «новый порядок», он провел удивительный своего
рода проверку. В Германии тогда во время послевоенного кризиса упала, и
законопослушные немцы стали себе позволять ездить без билетов в пригородных
поездах. И якобы по приказу Гитлера полиция остановила один из поездов,
проверила билеты, и всех безбилетных расстреляли тут же у поезда. Когда
Гитлер узнал, что общество промолчало, а кое-кто позволил себе даже
ликующие отзывы о необходимости «наведения порядка» Гитлер понял, что
Германия – его, с ней можно делать все что угодно.
И Верховному Суду предстоит решить не только вопрос о том, будет ли в
дальнейшем Фельдман находится за решеткой или на свободе, а и вопрос о том,
чем закончиться налогово-прокурорский эксперимент, будет ли в Украине
признаваться Конституция, какую роль в дальнейшем будут играть суды вообще и
сам Верховный Суд в частности.
Ведь если, Верховный Суд согласится с налоговиками, и не признает незаконным
возбуждение и расследование дела вопреки решению Высшего арбитражного суда
Украины, вопреки закону и здравому смыслу, значит, в дальнейшем и решения
самого Верховного Суда не будут иметь никакой силы. Даже после
оправдательного приговора вынесенного Верховным Судом, можно будет по этому
же факту снова возбудить уголовное дело, и снова бросить оправданного за
решетку.
Да и законодательная деятельность парламента утратит всякий смысл. Какая
разница, какие законы они будут принимать, если законность или незаконность
действий гражданина будет определяться исключительно путем возбуждения
уголовного дела, как завещал великий генерал Спиридонов? Парламентарии
смогут в дальнейшем сосредоточится на бросании друг в друга мегафонов,
обливании коллег газированной водой и поливании грязью, смогут спокойно
ломать и чинить системы голосований, и им не нужно будет отвлекаться на
разработку законодательсва, которое все равно никак на происходящее в стране
влиять не будет.
Но стоит ли ждать пока раковая опухоль произвола и беззакония окончательно
поглотит и погубит страну? Может пора провести операцию, какой бы
болезненной она не казалась для организма, из которого эту заразу нужно
выкинуть.
Виктор Агеев,
адвокат, www.ageyev.com
(опубликовано в газете "Свобода" № 6 ' 2004 г.)
|
